До и после: новая жизнь «убитых» квартир

До и после: 15 фото убитых квартир после ремонта

До и после: новая жизнь «убитых» квартир

«Иногда кажется, что готова умереть ради здоровья сына, но ему мир без меня не нужен»: исповедь матери ребенка-аутиста

Своей реальной историей с Woman.ru поделилась Екатерина Мень —президент Центра проблем аутизма и мать аутичного подростка. Она не только сделала все возможное, чтобы облегчить жизнь своему сыну в те годы, когда в России не было практически никаких методик для помощи детям с аутизмом, но и стала создателем первого в стране центра, занимающегося проблемами нейроотличных людей.

Я всегда помогала более слабым детям — еще с детского сада. Я пресекала травлю во всех коллективах, где мне приходилось бывать. Буллинг настолько противен моей природе, что я сразу же замечала такие вещи.

Я не могу смотреть на то, как унижают других людей. Возможно, это передалось мне от моей замечательной бабушки, которая прошла через лагеря и ссылки, но сохранила феноменальное, королевское достоинство.

И сегодня я не могу видеть несправедливость по отношению к людям, которые слабее других.

В настоящее время я возглавляю организацию под названием Центр проблем аутизма. Полностью наше название звучит как АНО «Центр проблем аутизма: «Образование, исследования, помощь, защита прав». Это и есть направления нашей деятельности. 

Мы стараемся работать системно, заниматься такими проектами, которые становились бы образцами для подражания. Несмотря на то, что наша организация не очень большая и совсем не богатая, работает она эффективно.

Ведь когда создавался наш центр, практически ничего для аутичных детей в России не было — разве что сомнительная инклюзия, при которой не было ни взаимодействия, ни социальной практики, в которой дети могли бы себя проявить.

История Платона

А началось все, когда я сама поставила диагноз своему младшему сыну Платону. Даже по самым консервативным оценкам считается, что у 40% аутичных детей аутизм регрессивный.

Это когда мальчишки и девчонки рождаются без каких-либо внешних признаков аутистического расстройства, развиваются типично, идут в ногу со сверстниками, а потом, где-то после полутора лет, происходит регресс… Они теряют навыки, перестают общаться и интересоваться игрой. Люди прекращают быть для них интересны.

У моего сына регресс начался в один год и восемь месяцев. Уже в течение месяца он потерял множество навыков, у него ухудшилась моторика. Тогда я поняла: что-то не так. Меня утешали, говорили, что он просто еще маленький. Я тоже убеждала себя, что дети развиваются по-разному — равномерно, скачками или просто очень медленно.

Но есть одно но: они всегда двигаются вперед. Они растут, они должны развиваться, а их умения и навыки — усложняться. Если же они двигаются назад, тут точно что-то не так.

В этот период, несмотря на то, что мало кто меня поддерживал, мы пошли по врачам. Это были сплошь светила, профессора. И они нам не помогли. Мне было понятно, что это аутизм. Так, с двух лет мы стали работать над этим, хотя официальный диагноз был поставлен намного позже.

Наша самостоятельная работа была не очень эффективной, поскольку тогда толком не было действенных, современных методов лечения. Они появились в России, только когда был создан наш Центр проблем аутизма. Собственно, он и был основан для того, чтобы привезти эти методы, имеющие научную доказательную базу.

Ведь до этого в России добиться лечения такими методиками было невозможно ни за какие деньги.

У меня была иллюзия, что я пойду, заплачу деньги и смогу купить для своего сына все, что захочется —какие-то занятия, приемы у врачей… Но дело было совсем не в деньгах. Были люди и гораздо богаче меня, но они, как и я, оказались перед наглухо закрытыми дверями. 

В 2006 году были, конечно, и какие-то центры, и просто сочувствующие, но не было того, что помогает детям по-настоящему. Поэтому поведенческой терапией мы с сыном занялись только в пять лет. Соответственно, три очень ценных для развития ребенка года были потеряны.

Мы ходили в центр, но это было бессистемно. Он очень слабо развивался, приобрел слишком мало навыков за этот период. Его поведение не изменилось — может быть, даже ухудшилось. Физически он рос, а психически его никто не поддерживал, не развивал.

Именно тогда я решила создать организацию, которая бы привезла сюда все, что нужно.

Все об аутизме

Со временем я оставила свою прошлую работу и перешла в Центр проблем аутизма, стала заниматься этим профессионально, начала учиться — в основном, на каких-то зарубежных курсах. Изучать эту тему я стала не для того, чтобы профессионально заниматься с детьми. В первую очередь, я хотела понять, что такое аутизм и как помочь моему сыну.

В интернете на тот момент было мало русскоязычной информации на тему аутизма. Все, что я прочитала на русском языке в те годы, было совсем не про моего сына. Тогда я обратилась к зарубежным источникам и обомлела, потому что это была совсем другая реальность.

Потом, когда я стала заниматься этой темой профессионально, я узнала, что огромное количество родителей уже взрослых аутичных детей, рожденных еще в 1980-е годы, были напрочь лишены нужной информации.

Они были вынуждены слушать местных врачей-психиатров, которые говорили о таких детях полную ерунду.

Часто психиатры и сегодня говорят, что аутизм — это разновидность шизофрении или свойство только очень умных детей. Если ребенок не разговаривает, ему могут приписать речевые задержки, а не аутизм. И дело даже не в том, что говорят психиатры.

Важно, что они считают, будто аутизм можно лечить таблетками. На самом же деле аутизм — это нарушение нейроразвития, это другое устройство мозга. Вы можете повлиять на такой мозг, лишь постоянно его переучивая. Орган пластичен, у него огромные возможности.

Так что, когда вы привлекаете ребенка к нужному социальному опыту, мозг меняется. Иногда дети и вовсе теряют признаки аутичности. Чаще, конечно, ребенок остается с этим на всю жизнь, но зато он становится более самостоятельным. Поэтому таблетки тут совершенно ни при чем.

Они никак не могут повлиять на поведение.

Изменения после диагноза

Я не смогу сказать, что сильно изменилась после того, как узнала диагноз сына. Изменилась, скорее, конфигурация моей жизни. Не было, впрочем, и каких-то роковых потерь. У меня тот же брак, те же друзья. Кроме того, аутизм сына позволил мне встретиться с множеством новых людей.

Иногда я думаю, что в обычных обстоятельствах никогда бы не пересеклась с ними. Без Платона я бы вряд ли встретилась с потрясающими врачами, которые занимаются интегративной медициной, умеют лечить сложные комплексные заболевания. Некоторые из них занимаются биохакингом, кто-то увлекается темой anti-age.

Мой сын вывел меня в этот мир. Естественно, я бы хотела, чтобы Платоша родился без аутизма. Я многим бы пожертвовала ради этого. Но не своей жизнью. Иногда кажется, что ты готов умереть ради здоровья своего ребенка. Но я понимаю, что сыну мир без меня не нужен.

Поэтому моя жизнь тоже должна быть в фокусе моего внимания.

Мое психологическое состояние, то, как я выгляжу —все это очень важно.

В плане моего образа жизни изменилось, конечно же, многое. Например, когда я училась в ГИТИСе, преподавательница постоянно приводила меня в пример как человека с повышенной конфликтностью речи.

Но то, что является преимуществом для студентки, мечтающей стать актрисой, при других обстоятельствах может оказать медвежью услугу. И Платон оказался очень чувствительным к этой повышенной конфликтности. Мы поняли, что даже когда я что-то объясняю, ему кажется, будто я ругаюсь.

Сын стал модифицировать мое поведение. Я начала говорить мягче и вообще следить за своей речью.

«Раньше я гораздо чаще переходила на повышенный тон, даже кричала, а теперь поняла, что с Платоном этого категорически нельзя делать».

Бывало, что я объясняла свое поведение характером, но со временем осознала, что могу его контролировать. Ведь оно может быть неприятно не только для моего ребенка, но и для других людей. Или вот еще пример — раньше я обычно просыпалась в дурном настроении.

Моя семья всегда знала, что утром со мной лучше не пересекаться. Но теперь я понимаю, что будить Платошу в плохом настроении нельзя. Он очень зависим от моего настроения. Поэтому пришлось быстро перестраиваться. Теперь я встаю и мгновенно настраиваюсь на позитив.

Так что Платон учит меня очень многому.

Что нужно знать родителям аутичного ребенка

Родителю ребенка с аутизмом важно, прежде всего, не выпадать из своей привычной жизни. Это очень сложно. Каждый такой родитель попадает в ситуацию сравнения, когда смотрит на здоровых детей. Но важно найти в себе силы не уходить от людей, не отталкивать их.

Также я бы посоветовала родителям особенных детей разумно относиться к своему ресурсу, ведь его немного, он не бесконечен. Необходимо вовремя его возобновлять. Для некоторых семей это тяжело: бывает, что мамы остаются одни.

Впрочем, я бы не хотела говорить ничего плохого про пап, потому что знаю совершенно потрясающих отцов.

«Здесь нет никакой прямой зависимости — мол, если у вас аутичный ребенок, то ваш мужчина обязательно уйдет».

Утверждать такое было бы очень несправедливо по отношению к тем отцам, которые становятся единственными друзьями для своих аутичных детей. Так что, когда я говорю о родителях, я, конечно, имею в виду и маму, и папу.

Естественно, родителям аутичного ребенка приходится отказываться от большого количества материальных благ. Ведь деньги, в первую очередь, идут на дополнительные часы поведенческой терапии, логопедические занятия и тщательные медицинские обследования. Но к этим ограничениям быстро привыкаешь.

Главное — это сохранять баланс и не забывать заботиться о себе, о своем здоровье. 

С воспитанием аутичного ребенка затягивать нельзя. Чем адекватнее он себя ведет, тем больше у родителей возможностей оставить его с кем-то. Потому что если ребенок в запущенном поведенческом состоянии, это практически невозможно.

Бывают такие случаи, когда мама не может сходить в душ, потому как во время ее отсутствия ребенок разобьет телевизор.

Если же вы учите ребенка, развиваете у него навыки приемлемого поведения, это значит, что вы открываете для него гораздо больше социальных дорог.

Общественная деятельность

Я много пишу о проблеме аутизма в соцсетях. Моя задача — переводить и транслировать необходимую людям информацию, применять свой дар убеждения к родителям, когда они сомневаются, когда они запутаны и запуганы.

Я же сама через это прошла! Момент, когда узнаешь диагноз, можно сравнить с падением в пропасть. И в этот момент просто необходимо за что-то зацепиться. Я не считаю, что у меня есть какая-то миссия. Я делаю все для Платона.

Но если я могу что-то рассказать, чем-то поделиться, использовать свои способности, чтобы предостеречь от чего-то неправильного, я это непременно сделаю.

Как общественный деятель, я должна периодически публично выступать против каких-то совсем опасных, мракобесных высказываний. Так было, например, когда профессор Сергей Савельев заявил, что у керченского стрелка был аутизм.

Нужно было выступить, потому что это неправда. Это ужасно, ведь когда делаются такие ничем не оправданные заявления, публика это «съедает», и очень трудно ее переубедить.

На самом деле, предрассудков очень много, и вся наша деятельность нацелена на то, чтобы от них избавиться.

Аутизм — это очень мифологизированный диагноз.

Но надо понимать, что мифы, распространенные среди обывателей, педагогов и докторов, — это три совершенно разных вещи. Поэтому выступить один раз и развеять все сразу никак не получится.

Настоящее и будущее

Еще одним нашим достижением на сегодняшний день является проведение ежегодной конференции, посвященной проблемам аутизма.

Она появилась, потому что был необходим формат, позволяющий людям из разных сфер взаимодействовать, разрушать границы.

Мне хотелось, чтобы люди узнали как можно больше о новых методиках, а также об инклюзивном образовании от лучших экспертов в этой области. Я хотела пригласить нейробиологов, которые исследуют разные феномены: памяти, интеллекта, эмпатии…

Потому что существует еще один распространенный миф, что у аутистов нет эмоций и способности к сопереживанию.

Мне хотелось, чтобы мы на три дня создавали некое пространство для общения врачей, ученых и, конечно же, родителей. Важно было также избавиться от языкового барьера, поэтому у нас на конференции работает несколько переводчиков-синхронистов. У нас очень много англоязычного контента, но официальный язык конференции — русский.

И все же перспективы для аутичных детей сегодня очень скромные. Кроме того, они усугублены существующей системой психоневрологических интернатов, которой мы с коллегами возмущены.

Это главный позор страны, торжество несправедливости. И мы, люди, разбирающиеся в этой теме, осознаем весь ужас происходящего. А вот общество пока не осознает.

Эта система ужасна тем, что она очень затрудняет построение будущего, которое мы хотим для своих детей.

Я хочу, чтобы мой ребенок работал. Когда я поняла, что для моего сына нет подходящей школы, я начала думать, как создать такое учебное заведение. И у меня это получилось. Теперь я думаю, как найти трудовое место, куда мог бы прийти мой ребенок.

Я знаю, оно существует, задача состоит лишь в том, чтобы его выявить и чуть-чуть подготовить. Желательно, чтобы таких мест было несколько и мой сын мог выбирать. Все люди должны иметь право на выбор.

Весь ужас системы психоневрологических интернатов заключается как раз в том, что она абсолютно исключает волеизъявление. Существование этой порочной системы вредит обществу, экономике страны, прогрессу.

Моя задача — найти моему сыну работу, которая непременно ждет его где-то, и создать технологии, которые помогли бы им встретиться. Ведь если я сделаю это для Платона, я сделаю это и для кого-то еще.

https://www.youtube.com/watch?v=-L3Kp4BILMo

Перейти к обсуждению

45

Источник: https://delicias77777.tumblr.com/post/176698936862/%D0%B4%D0%BE-%D0%B8-%D0%BF%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B5-15-%D1%84%D0%BE%D1%82%D0%BE-%D1%83%D0%B1%D0%B8%D1%82%D1%8B%D1%85-%D0%BA%D0%B2%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B8%D1%80-%D0%BF%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B5-%D1%80%D0%B5%D0%BC%D0%BE%D0%BD%D1%82%D0%B0

Превращаем комнату в «убитой» квартире в комфортное жилье за три дня и 690 рублей

До и после: новая жизнь «убитых» квартир

Цены представленны в белорусских рублях! Когда бюджет на аренду квартиры ограничен стипендией и помощью среднестатистических мам и пап, приходится чем-то жертвовать: либо квартира в центре, пропахшая нафталином, либо с ремонтом, но у черта на куличиках.

Студентки Яна, Даша и Юля выбрали первый вариант и сняли жилье в центре столицы. Денег, времени и желания делать крутой ремонт в арендной квартире у девушек нет, но комфорта хочется.

Вместе с дизайнером и архитектором Екатериной Чикилевской мы попытались сделать аккуратный, но бюджетный ремонт всего за несколько дней. Что из этого получилось — в этом материале.

В квартире на Богдановича не слишком уютно: старые обои порваны по углам, краска с пола начала сходить еще до рождения наших студенток, в комнатах темно и пусто. Эта квартира уже попадала в объективы нашего фотографа как один из самых бюджетных вариантов аренды жилья в Минске. Место прекрасно подошло бы для съемок артхаусного фильма, но для жизни годится с большой натяжкой.

Наша задача — создать уют в съемной квартире за относительно небольшие деньги — 600—700 белорусских рублей. 

Конечно, имея такую сумму, не приходится говорить о дизайнерском ремонте, но подлатать комнату можно. Екатерина осматривает имеющийся интерьер и выносит приговор, который часто звучит в домах бюджетников: «Менять нужно все, но денег на это у нас нет».

— Поскольку бюджет у нас сильно ограничен, по большей части займемся именно декорацией квартиры, а не ее ремонтом. Придется выкручиваться и по максимуму делать все своими руками. Думаю, нелогично тратить кучу денег на мебель, когда можно реанимировать старую, самостоятельно соорудить люстру или пошить шторы и подушки.

Подготовка к ремонту

Поскольку масштабного ремонта мы не планируем, нам нужно всего-то поклеить новые обои да покрасить батареи. Но прежде следует подготовить стены и выбросить ужасную советскую секцию, которая занимает чуть ли не четверть пространства.

Студентки у нас занятые, а сроки сжатые, поэтому решаем привлечь к делу профессиональных отделочников. Как оказалось, найти таковых совсем непросто.

Взглянув на фотографии стен, гонорливые столичные рабочие тут же отказывались: «Тут работы на неделю минимум», «Мы делаем только качественно», «Да я в последний раз клеил обои по $90 за рулон», «Возьмусь через неделю»…

Наконец находим отделочника, который соглашается оперативно подготовить квартиру к ремонту, оставив поклейку другим людям. Индивидуальный предприниматель Сергей Липенок осматривает комнату, грустно вздыхает и приступает к работе.

Как и во многих старых квартирах, под обоями оказываются еще одни — совсем древние. «Их, видать, еще немцы клеили», — ухмыляется мужчина. Естественно, отклеиваются они вместе со штукатуркой.

Для экономии времени и денег решаем нанести всего один слой шпатлевки. Покупаем большой пакет белого порошка и оставляем специалиста наедине с трещинами на стенах и «Русским радио».

«Закупы»

Пока комнату готовят к ремонту, отправляемся по магазинам. Первым делом едем в строительный гипермаркет MILE, который согласился предоставить нужные для ремонта материалы.

Екатерина уверенно идет по рядам и объясняет, что нам предстоит сделать:

— Когда бюджет сильно ограничен, в первую очередь нужно думать о том, какие части комнаты и детали будут создавать уют и бросаться в глаза. Думаю, в нашем случае стоит начать с обоев.

После недолгих раздумий девушка складывает в корзину несколько рулонов недорогих белых, желтых и синих обоев. За обои и клей отдаем около 120 рублей.

В отделе с коврами мы понимаем, что нашего бюджета не хватит, и отправляемся к стойке с ковровыми покрытиями, которые стоят дешевле. Просим отрезать кусок 2×3 метра стоимостью около 95 рублей и продолжаем поиски.

В отделе со светильниками Екатерина задерживается ненадолго: люстру будем делать сами.

В дополнение к толстым золотистым проводам берем патроны, светодиодные лампочки (и парочку модных ламп Эдисона), а вместо плафонов — желтые и голубые кашпо для орхидей. Пока это разнообразие больше похоже на инструменты для создания гомункула или набор современного художника, но Екатерина уверяет, что все получится. Материалы для светильника обошлись чуть более чем в 30 рублей.

Из мебели берем только два белых стула, за которые отдаем 180 рублей. С учетом нашего бюджета недешево, но старые стулья в обновленной квартире оставлять было нельзя.

Попутно набираем полную тележку мелочей вроде наполнителя для подушек, дюбелей, клея и баллончиков с краской. Поход в магазин встает примерно в 600 рублей.

Ткань для подушек и штор Екатерина предлагает поискать в государственных магазинах, там ее можно найти за копейки.

Из магазина вывозим две полные тележки, содержимое которых должно преобразить квартиру. Перевезти товары помогают грузчики. По пути они должны заехать еще и за комодом, который мы нашли на барахолке совершенно безвозмездно, то есть даром.

Ко второму дню работ в комнате стало чуть светлее: Сергей пошпатлевал стены.

— Не могу сказать, что одним слоем выровнял все идеально, но получилось точно получше, чем в наших новостройках, — улыбается Сергей и уходит: его работа выполнена.

На смену ему приходят «отделочники-идеалисты» Евгений и Александр. Обычно ребята не берутся за такие проекты и стараются не торопиться, но нам пришлось поставить их в другие условия.

— Не знаю, хороший это опыт или плохой, но нам интересно попробовать, что из этого выйдет. Обычно поклейка обоев в полностью подготовленной комнате занимает целый рабочий день.

Здесь же у нас наносился всего один слой шпатлевки, к тому же клеить придется не самые дорогие обои. Но ситуации бывают разные. Сегодня у нас студенческая квартира, а значит, надо просто сделать быстро и недорого.

Проще говоря, прилепить на то, что есть, — чешет затылок Женя и просит двух коллег подготовить нужные инструменты: клеить будут втроем.

Пока ребята заняты обоями, мы вместе со студентками и архитектором начинаем реанимировать мебель. Чтобы советский шкаф и комод той же эпохи смотрелись терпимо, немного зачищаем их наждачкой и покрываем черной грифельной краской из баллончиков, а для разнообразия рисуем на дверцах несколько цветных треугольников.

— Это нормальный молодежный вариант. Когда краска высохнет, на шкафах можно будет что-то нарисовать или наклеить на них постеры. Думаю, при небольшом бюджете не стоит тратиться на мебель. Всегда можно перешить диван или покрасить старые шкафы, — объясняет Екатерина.

Поклейка обоев затянулась. На то, чтобы привести комнату в порядок, у трех отделочников ушло около 11 часов.

— Понимаю, многим может показаться, что за это время можно целую квартиру поклеить. Можно. Вопрос заключается только в качестве. Даже недорогие обои нужно клеить аккуратно. С ними, конечно, возникли некоторые сложности.

Клеить бумажные обои трудно: они размокают и отказываются ровно отрезаться. Даже хорошие дорогие лезвия тупятся о них, практически сразу начинают рвать, а не резать.

Но мы справились, принимайте, — задирает голову к потолку в поисках недочетов Женя.

Батареи покрашены, обои поклеены, шкаф разобран — можно приступать к декорированию.

Первым делом вешаем наш самодельный светильник: вбиваем в потолок дюбели, вешаем на них плафоны из кашпо. Студентки довольны: наконец светло стало во всей комнате, а не только в ее центре.

Даша выметает строительный мусор, Яна моет пол, Женя все еще ходит с задранной головой и выискивает изъяны.

Окна с невыносимо постаревшими рамами закрываем самодельными шторами, которые обошлись рублей в 30. На кровати кладем подушечки — тоже самодельные, тоже дешевые.

Ковровое покрытие решаем положить поперек комнаты, чтобы закрытой оставалась бо́льшая часть старых досок.

Комната практически готова, остается только немного обжить ее и принести любимый манекен студенток, который они считают неотъемлемой частью интерьера — как старого, так и нового. На полках появляются книги, на столе — лампа, на кроватях — пледы.

Такой незамысловатый ремонт обошелся чуть менее чем в 700 рублей, не считая работы отделочников и грузчиков. С их работой цена, конечно, подросла бы, но, если не гнаться за идеальным результатом, обои можно поклеить и самостоятельно, а мебель — привезти при помощи знакомых или на такси.

Некоторые товары удалось купить по скидочной цене, поэтому сумма может незначительно меняться.

Обои (8 рулонов)100 руб.
Клей (6 пачек)22 руб.
Краска53 руб.
Кашпо30 руб.
Ковровое покрытие94 руб.
Лампочки60 руб.
Стулья180 руб.
Материалы для люстры35 руб.
Наполнитель12 руб.
Ткань для подушек и штор37 руб.
Мелочи70 руб.
Итого690 руб.

Источник

Елена созерцатель

  • Активность: 108k
  • Пол: Женщина

Елена созерцатель

Источник: https://shkolaremonta.org/1098400297459124627/prevraschaem-komnatu-v-ubitoj-kvartire-v-komfortnoe-zhile-za-tri-dnya-i-690-rublej/

Жизнь за квадратные метры. На какие преступления идут ради квартир | Телеканал 360°

До и после: новая жизнь «убитых» квартир

Такую же версию высказывали соседи. По их словам, погибшая Екатерина Смирнова состояла в гражданском браке и узаконить отношения с супругом не успела. Тем не менее до смерти муж успел переписать на нее квартиру. Овдовев, Екатерина планировала оставить жилплощадь себе и сыну, а машину отдать его родственникам.

Неужели квартирный вопрос до сих пор портит москвичей и стоит так остро, что ради жилья они решаются на убийство? Разбирался «360».

От любви до «рейдерского захвата»

«Рейредские захваты» квартир сегодня — далеко не редкость, согласны все опрошенные «360» эксперты. Методы отъема жилья самые разные: от внезапного приступа заботы об умирающих стариках до заказных убийств.

Риелтор Виктор Сиваков признался, что люди его профессии постоянно сталкиваются с клиентами, которые пытаются «отжать» квартиру у родственников или знакомых.

Когда начинается какая-то дележка квартиры, близкие родственники очень часто становятся врагами на всю жизнь. Это чуть ли не каждый второй-третий случай

Проверяя историю жилплощади, риелтор может посмотреть в архиве основания права собственности квартиры. По словам Сивакова, самые рисковые квартиры — те, чьими владельцами являются наследники.

«Если квартире менее трех лет и она досталась по наследству, такую квартиру очень опасно покупать, потому что может появиться наследник. Три года — сроки исковой давности в судах.

В течение этого времени может появиться какой-то новый претендент на эту квартиру», — подчеркнул собеседник.

Генеральный директор АН «Century 21 Еврогруп Недвижимость» Петр Машаров уточнил, что не риелторы юридически рассчитывают, кому квартира достанется в случае исчезновения или смерти одного из владельцев.

Реальность такова, что риелтор — лишь инструмент для продажи квартиры, которую перед этим «отжали». «Это как краденные машины реализовывают через автосалоны, но не все автосалоны это знают. Бывает, и риелторы не знают всю предысторию квартиры.

Проверяет квартиру сторона, которая собирается ее приобретать», — подчеркнул Машаров.

Тем не менее любой риелтор перед заключением договора купли-продажи обязан проверить правоустанавливающие документы. И здесь уже может стать яснее, стоит ли иметь дело с той или иной квартиры. Есть ряд маркеров, которые сигнализируют, что с квартирой что-то не так.

Следователи в квартире убитых матери и сына Смирновых. Источник фото: пресс-служба СК

Подозрительно, если квартира в течение короткого промежутка времени — полугода или года — меняла нескольких владельцев. Мы, например, сразу отказываем в продаже такой квартиры, потому что себе дороже — потом по судам ходить, время тратить. Тем более могут «впаять» соучастие

А что, если хозяин квартиры был судим? Для риелторов это не имеет значения — если, конечно, человек сидел не за мошенничество с квартирными схемами.

«Риелторы не проверяют самих хозяев квартиры — судимы ли они. У нас бывают сделки, когда человек даже сидит, но он [продает квартиру] как-то по доверенности, которую заверяет начальник зоны. Сидел или не сидел — люди имеют одинаковые права», — уточнил собеседник «360».

Просто деньги

Но что с правовой стороной вопроса? Если муж передал квартиру жене в обход родственников, кому жилье достанется после ее смерти? По словам генерального директора МФЦУ Ольги Полищук, квартира перейдет родственникам погибшей жены, поскольку недвижимость уже является ее собственностью. Однако если с момента перехода прав от мужа к жене прошло не более трех лет, родственники умершего могут оспорить право собственности.

«Они могут сказать, что он (хозяин квартиры — прим. ред.) не соображал, потому что тяжело болел. Это предмет для оспаривания, и это некоторые риски.

Они могут предоставить справки, что он уже был в тяжелом состоянии и не мог выносить адекватные решения. Редкие случаи есть, но все же нечасто происходят такие оспаривания», — рассказала собеседница.

Полищук добавила, что такие судебные тяжбы могут длиться долгие годы.

Полицейский-оперуполномоченный Арсен объяснил, что едва ли не каждое второе связанное с квартирой преступление — это рейдерство. И проблема здесь в простой жажде наживы, а не в отстаивании справедливости.

Это просто деньги. Квартира — это имущество, не у всех оно есть. Такое сплошь и рядом везде, но чаще пытаются все через суд решать. Опять же, если человек (законный наследник — прим. ред.) не знает про эту квартиру. На заказ преступления вряд ли делают, стараются по-другому жилье «отжать»

Предполагаемый убийца Смирнвых в зале суда. Источник фото: телеканал «360»

Чаще всего исполнителями по таким делам проходят именно ближайшие родственники.

А бывает и так, что под конец жизни пенсионера с личной квартирой появляются посторонние люди и начинают за ним усиленно ухаживать. Сентиментальный старик отписывает им квартиру.

«Родственники через некоторое время просыпаются, понимают, что они потеряли квартиру, и начинается дележка. Все-таки это несколько миллионов рублей, сейчас столько денег почти никто не зарабатывает. Кто работает по 30 тысяч в месяц — почему бы им квартиру не заиметь и ее сдавать? Все в деньги упирается», — подчеркнул полицейский.

По словам Арсена, редко, но бывает, что за жилье родственники могут убить. Они нанимают человека — чаще всего уже судимого и с большими проблемами с деньгами. Найти таких не проблема, уточнил оперуполномоченный. «Может быть, родственники [рассказали], может быть — знакомые, может, кто-то слышал, можно и по интернету познакомиться», — подытожил собеседник.

Мошенничество, игры с правом собственности и подделка договора купли-продажи — преступления относительно «беззубые» в сравнение с убийством семьи Смирновых.

Преступник ворвался в квартиру к жертвам, нанес каждой около десятка ударов ножом. Прибывшие на место происшествия сотрудники полиции обнаружили тела на кухне. Голова мальчика была обернута пакетом и замотана скотчем.

Судя по состоянию тела, убийца пытался расчленить ребенка.

Вскоре изверга поймали. Им оказался ранее судимый Дмитрий Батыгин. Его арестовали на два месяца — до 7 января.

Источник: https://360tv.ru/news/tekst/zhizn-za-kvadratnye-metry/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.